Интернет-приемная

Контактная информация

Дежурный прокурор
тел.:
(812) 315-48-53
Прием осуществляется по адресу:
улица Почтамтская, дом 1
Пресс-служба
тел.:
(812) 318-25-22
факс:
(812) 318-26-53
Канцелярия
тел.:
(812) 318-26-11
тел.:
(812) 318-26-12
факс:
(812) 318-26-50
190000, Санкт-Петербург, улица Почтамтская, дом 2/9 Показать на карте
Борьба с экстремизмом

Вопрос-Ответ

Показать все Задать вопрос
Информация об изданных органом прокуратуры Санкт-Петербурга правовых актахЗащита прав предпринимателейНа 2016 - 2018 годы установлен мораторий на проведение плановых проверок субъектов малого бизнеса

Интервью старшего прокурора отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления прокуратуры Санкт-Петербурга газете "Петербургский дневник"

Почему выносятся абсурдные вердикты? Какие сложности могут возникнуть в связи с расширением географии судов присяжных? Об этом «Петербургскому дневнику» рассказала старший прокурор отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления прокуратуры Санкт-Петербурга Наталия Цепкало.

Чем отличаются судебные слушания с участием присяжных от рассмотрения дела судьей единолично?

Процессом представления доказательств. Их требуется излагать так, чтобы присяжные, «люди с улицы», не юристы, понимали, что эти доказательства уличают подсудимого либо, как в случае с защитой, оправдывают. Отсюда – наглядность, которой нет при единоличном слушании: демонстрация фототаблиц к протоколам осмотра мест происшествия, таблиц телесных повреждений и т. д.

В процессах с присяжными не столь важна юридическая составляющая. Важно убедить присяжных в том, что допустимые, прошедшие проверку председательствующего судьи доказательства говорят о виновности подсудимого. Как это сделать?

Вот это уже… секрет! С присяжными ты никогда не поймешь, какой будет их позиция, поскольку они принимают решение не с юридической точки зрения, а личного восприятия того, что им представляют стороны. Случается, что присяжными лишь эмоции руководят, а есть доказательства или нет – без разницы. Поэтому процессы с присяжными для гособвинителей – целое испытание. Приходится более тщательно готовиться, продумывать порядок представления каждого доказательства, чтобы выстроилась точная и логичная цепь, которая привела бы коллегию к единственному выводу: подсудимый виновен.

Защите, видимо, тоже противостоять сложнее?

Безусловно. В том числе и потому, что адвокаты порой специально нарушают закон, стараясь зародить у присяжных сомнения. Выступая в прениях, можно заявить, что в деле якобы куча доказательств невиновности подсудимого, которые суд не дал представить. Конечно, судья призовет не воспринимать эти слова, но не факт, что присяжные, которым понравился этот адвокат, не поверят ему, что может вылиться в оправдательный вердикт. У нас вообще очень жалостливые люди – не все, конечно, есть и жесткие. Стоит перед ними убийца и насильник, льет слезы, рассказывая, что у него дети, жена, родители помирают, хотя ранее он о них и не вспоминал, или что он вообще ни при чем, – и сердобольным гражданам его жалко. К тому же некоторые присяжные, на мой взгляд, несмотря на разъяснения судьи, не понимают, что вопрос доказанности вины – это совсем не вопрос снисхождения, который также ставится перед присяжными. Помню, человек обвинялся в убийствах и к моменту вердикта несколько лет провел в СИЗО. Коллегия его оправдала, хотя доказательств было предостаточно. Разговор между присяжными, разносившийся из совещательной комнаты по коридору, был примерно такой: «Да, он виноват, но его же жалко, столько времени уже сидит».

На ваш взгляд, что движет людьми, соглашающимися на роль присяжных?

Когда мы только начинали дела с присяжными слушать, люди интеллектуального труда в основном отсеивались, ссылаясь на занятость на работе. Оставались преимущественно пенсионеры, люди рабочих специальностей, для которых статус присяжного давал возможность получить дополнительный доход. В последние же годы в коллегиях появляется все больше людей с высшим образованием, занимающих достаточно приличное положение. Даже серьезные коммерсанты встречаются. Этими людьми, как мне кажется, движет интерес. Они много слышат о суде присяжных, и коль скоро им выпал шанс стать кандидатом, так почему бы и не получить такой опыт?

Какие проблемы могут возникнуть в районных судах с приходом присяжных?

На мой взгляд, в основном они могут быть связаны с недостаточной подготовкой сторон. Хотя гособвинители дополнительно обучались, в первое время вероятны сложности. Мне кажется, будет затруднительно отбирать коллегии. Так, в городской суд хотя и приходят кандидаты, но порой лишь для того, чтобы заявить самоотвод по самым разным причинам. Плюс в районах – весь вал дел, иногда суперсложных в доказывании. Не исключаю, что возможны оправдательные вердикты.